Дмитрий Раевский. Метод Парацельса

raevskyschool

Часто у моих подписчиков возникает противопоставление лекарств и моих методов лечения. Но очень важно понимать, что иногда для вздоровления они нужны. Даже эмульсию «Элум» можно назвать лекарством в какой-то степени.

Был такой человек Парацельс. Он считается отцом современной фармакологии. В Европе именно Парацельс придумал первые лекарства. И открыл первую аптеку в Зальцбурге в Австрии. Я был там, посещал его могилу и дом, где он жил. Зальцбург находится на высоте в горах, вокруг него скалистые заснеженные горы. Очень красивое место.

Парацельс – не просто отец современной фармакологии. Он утверждал, что существуют энергетические паразиты, похожие, по его мнению, на насекомых. И эти паразиты грызут людей. Парацельс брал два магнита в руки, водил вокруг тела человека и искал, где этот паразит находится. Человек сам говорил, в каком месте происходит шевеление.

Парацельс магнитами выталкивал паразита из тела человека и то место, где он выходил, мазал специальной мазью. И для того, чтобы больной орган выздоравливал быстрее, Парацельс предлагал использовать восстанавливающие лекарства.

То есть современная наука не совсем правильно использует наследие Парацельса. То что понятно, то что может сделать любой человек — взято за основу лечения болезей: познания в химии, умение смешивать лекарства можно масштабировать и копировать. Это взяли. А для того, чтобы магнитами и волей выталкивать паразита – это ведь нужно иметь талант, тренироваться. Талант не масштабируешь и не скопируешь, абы кто не сделает. Можно сказать, взяли и половину метода Парацельса выкинули. Понимаете? А потом все удивляются, почему лекарства не помогают: лечишь одно и «залечиваешь» другое.

Поэтому я, занимаясь психосоматикой, совершенно не переживаю за фармакологию. Никуда она не денется. Но я за то чтобы медицина была комплементарна.

В Вене в самом центре города стоит большая клиника комплементарной медицины. Частная клиника, которую оплачивают не страховые компании, а люди из своего кармана. И там очередь. То есть за этим будущее.

Когда ко мне приходят пациенты с серьезными заболеваниями, им нет необходимости отказываться от официальной медицины. Да, принимайте конечно, но постепенно откажетесь за ненадобностью. Также, как это было с пациентами Парацельса.

Современная медицина давно уже сталкивается с тем, что не может объяснить и вылечить все только лекарствами. Часто это поддерживающая терапия, или же токсичная для организма. И я надеюсь, что о методе Парацельса вспомнят не только представители интегративной, но и официальной медицины. Потому что это действительно работает.

Одним из жизненный примеров был его вклад в области химии.

Парацельс поддерживал концепцию четырех стихий (вода, воздух, огонь, земля), но видел их только в качестве основы для других свойств, на которой все строится. Позже, пытаясь объяснить природу медицины, Парацельс принял идею трех альтернатив, выбрав сгораемый элемент (сера), жидкий и переменный элемент (ртуть) и твердый, постоянный элемент (соль). Первое упоминание о модели появилось в его работе «Opus paramirum», датируемой примерно 1530 г. Свою теорию о 3-х элементах он демонстрировал путем сжигания дерева. Огонь был работой серы, дым – ртути, а зола была солью. Парацельс считал, что сера, ртуть, соль и их соединения содержали яды, способствующие всем болезням. И к ним должны существовать соответственно 3 лекарства.
Парацельс также предположил, что материалы, которые ядовиты в больших дозах, могут быть положительными в малых дозах, он продемонстрировал это на примерах магнетизма и статического электричества, где небольшой магнит может привлечь гораздо больше металлов.
Обобщая свои взгляды, Парацельс говорил: «По мнению многих, алхимия предназначена для изготовления золота и серебра. Но для меня, например, это не цель; она нужна мне, чтобы только рассмотреть, что добродетель и сила могут заключаться в лекарствах.»

Источник 

Больше, чем отель

 Больше, чем отель. Так можно отдыхать?

– С Леной был такой тет-а-тет вечер. И мне даже после него не хотелось уже ни с кем общаться, хотя у нас были по плану с Васей какие-то беседы. Потому что мне хотелось сохранить вот эту сердечность, которой Лена прям окутала. А вообще хочу сказать, что это, конечно, какое-то роковое стечение обстоятельств, как мы сюда попали. Потому что никто толком не понимал, не знал что это. Наташа смогла так объяснить, что я прониклась и сильно захотела приехать сюда. Я смотрела сторис Лены Некрасовой, мне очень эта атмосфера понравилась. А когда мы ехали, было волнение. И потом, когда мы уже прилетели в Анталью и ищем глазами, кто нас встречает, то видим: идёт Саша и у него такая улыбка, как у чеширского кота. И всё, сразу так легко стало, нас отпустило, никакой тревоги, никакого волнения не стало. Мы ощутили, как будто нас здесь ждали, как будто мы попали к родным людям.

— Я хочу сказать, если честно, у меня несколько раз менялось мнение на протяжении этих 10-ти дней. Для меня до сих пор удивительно, что есть такие люди, которые не связаны родственными узами, но которые, как семья, в самом широком смысле этого слова. Я даже не думала, что такое бывает. Вот вы все такие разные и такие особенные. Но при этом вы все объединены какой-то большой, даже не идеей, не знаю как сформулировать, может быть это какая-то аура. Не могу это объяснить. Первый раз это столь сильно мне почувствовалось, когда мы поехали на «Химеру». Вот там было прямо какое-то волшебство, единение. Это самые волшебные воспоминания. Хочу сказать большое спасибо Васе за те беседы! Мне будет их очень не хватать. Он очень много объяснял и расставил в моей голове то, о чём, может, я интуитивно догадывалась, к чему шла. А он вот чётко разложил всё по полочкам. А Лена, она просто, я не знаю, с ней ближе всего здесь какая-то связь внутренняя. Я прям чувствую, даже не видя её, когда она заходит или появляется. От неё идёт какой-то удивительный шлейф. Не видя её глазами, она действительно привносит что-то такое, чего нельзя увидеть или осязать. Мне честно так жалко уезжать. У меня уже были разные мысли: поменять билеты или ещё что-то. Но московские дела зовут. Но я почему-то уверена, что мы ещё увидимся. Я уверена, что у вас здесь всё получится с вашими проектами, с вашими отелями. Я это очень хорошо вижу, чётко. Может, действительно, какая-то школа мудрости здесь появится. Как мы с Леной вчера говорили: раньше были философские школы в Средиземноморье, где ученики занимались в садах, в кущах оливковых. Мне кажется, здесь какое-то такое же возрождение, такое место уникальное. Ребят, берегите то, что вы сделали, то, что у вас есть. Потому что это действительно величайшая ценность. Это никак не соизмеряется. Это самый большой дар, который может быть: найти таких людей, распространять это, веять вокруг себя. Поэтому вы больше, чем отель! Я даже не знаю как это назвать. Действительно, это особенная атмосфера, которую нельзя купить.

– Я ещё хочу сказать, что я в Турции третий раз. И я помню как я раньше в Турции отдыхала: отель 5 звёзд, всё включено, коктейль на пляже, коктейль у бассейна, одна экскурсия совместная, съездили около 40-ка человек, кто-то что-то увидел, недослышал. Я даже не знала, что можно здесь так отдыхать. Мы часто в Черногории отдыхаем, вот там мы ходим в горы, по всяким достопримечательностям. А и в Турции тоже всего много. Я для себя Турцию открыла совсем с другой стороны. Оказывается и природа такая красивая, столько достопримечательностей. Я прямо поменяла своё мнение.

– Место, именно у вас, какое-то волшебное, оно никак не ассоциируется с туристической Турцией, потому что, наверно, оно так сокрыто, и это неспроста. Вроде всё рядом, всего час-полтора до Антальи, до курортов.

– Когда мне пишут: «ты куда едешь отдыхать?» Я отвечаю: «в Турцию». А мне: «а ну всё понятно, значит это на лежаке с пивасиком, с пьяными нашими русскими людьми». А здесь я всё выставляю в инстаграм. Люди говорят: «это точно Турция?!» Для нас, москвичей, разрыв шаблона. Да и не только для москвичей, для всех. Спасибо вам за впечатления, которые я увожу отсюда. Ещё бы сохранить, действительно, этот дух и приумножить.

– И Федя (сын), мы сегодня пошли за мороженым, а он говорит: «я не хочу уезжать». Я говорю: «а ты скучаешь по папе?» Он говорит: «да, но всё равно не хочу уезжать». Даже папа не перевесил. Хочу его тоже уговорить приехать сюда. Так, я думаю, мы вернёмся к вам, не прощаемся.